Чернобыль. Хроники умолчания
Чернобыльская катастрофа запомнилась тем, что о реальном масштабе случившегося из-за медлительности властей и халатности на местах общество узнало далеко не сразу. Умаление размеров трагедии, обвинения иностранцев в раздувании международного скандала, недомолвки и слухи — Команда 29 собрала главное об освещении аварии на ЧАЭС в СМИ.
Как скрывали масштабы катастрофы сразу после взрыва?
После аварии на скамье подсудимых оказались директор ЧАЭС Виктор Брюханов, главный инженер станции Николай Фомин и его заместитель Анатолий Дятлов.

Среди прочего, Брюханова обвиняли в том, что он не принял должные меры для спасения людей и скрыл информацию о реальном масштабе катастрофы от властей.

— Почему в письме партийным и советским органам не было сведений о 200 рентген в час? (нормальный радиационый фон составляет около 20–30 микрорентген в час)
— Я невнимательно посмотрел письмо, нужно было добавить, конечно.
— Но ведь это самый серьезный Ваш вопрос, почему Вы этого не сделали?
На этот вопрос Брюханов ответил молчанием.


Подробнее о суде над Брюхановым, Фоминым и Дятловым можно прочитать на «Медиазоне».
Как писали о катастрофе в СССР и за рубежом?
Советские СМИ не сразу сообщили о катастрофе. Первая информация о последствиях взрыва появилась в шведских СМИ после того, как над страной появилось радиоактивное облако. В отсутствии достоверной информации и внятных комментариев со стороны властей зарубежные издания стали распространять непроверенные данные, основанные на слухах. Советские газеты в ответ обвинили «определённые круги» за рубежом в попытках нагнетать обстановку. Михаил Горбачёв обратился к советским гражданам только 14 мая, спустя почти три недели после катастрофы.

Мы составили хронологию освещения катастрофы в СМИ от момента взрыва до обращения Горбачёва. Слева — советские издания, справа — зарубежные.

Подробнее о молчании советских властей и официальных изданий можно прочитать в материале Наталии Ростовой на Slon.Ru и тексте Андрея Ломкина для Lenta.Ru к 20-летней годовщине катастрофы.
01:24, 26 апреля
Взрыв на 4-м энергоблоке Чернобыльской АЭС
вечер 27 апреля
Через 36 часов после взрыва диктор радиотрансляционной сети в Припяти сообщил об аварии и эвакуации жителей города
28 апреля
Политбюро ЦК КПСС собралось на внеочередное заседание, где приняли решение «подготовить и опубликовать сообщение для печати об аварии».
20:30, 28 апреля
Радиоактивное облако от взрыва достигло Швеции. Власти страны собрали пресс-конференцию, где заявили, что источник заражения находится "восточнее Швеции"
21:00, 28 апреля
В программе "Время" диктор зачитывает сообщение ТАСС о взрыве. Оно шло 21-й по счёту новостью.
29 апреля
New York Times сообщает об аварии на ЧАЭС, пишет об отсутствии достоверной информации, о том, что в СССР и ранее случались катастрофы на ядерных объектах - хотя это скрывали советские власти - и что Москва сообщила о происшествии только после заявлений властей Швеции и Дании о внезапном росте уровня радиации.
30 апреля
Сообщение о катастрофе в газете "Правда" идёт в самом низу второй полосы.
1 мая
В Киев отправляются журналисты центральных советских газет и программы "Время". В городе проходят праздничные торжества. Однако к тому моменту по городу уже ходят разные непроверенные слухи как об аварии, так и об огромном числе её жертв.

Михаил Горбачёв впоследствии говорил, что "манифестации не были отменены, так как к 1 мая еще не было полной картины случившегося. Действительно, мы боялись паники - вы сами можете представить себе возможные последствия массовой паники в многомиллионном городе! Теперь ясно, что это было ошибкой"
2 мая
Съёмочная группа украинского телевидения отправилась в Чернобыль. К самой станции её не допустили.
5 мая
ТАСС осуждает «попытки использовать случившееся в неблаговидных целях».
5 мая
International Herald Tribune опубликовала карту распространения радиоактивных осадков
5 мая
Из-за недостатка информации зарубежные СМИ начали распространять информацию, основанную на непроверенных слухах. Так, агентство United Press International писало со ссылкой на неназванного жителя Киева, что число погибших превысило 2 тысячи человек, а больницы столицы УССР переполнены людьми с радиационным заражением.
6 мая
Глава Минздрава УССР Анатолий Романенко выступил с обращением к населению. В нём он признал факт повышения радиационного фона в Киеве.
6 мая
МИД СССР проводит первую пресс-конференцию в связи с происшествием на ЧАЭС. Отчёт о нём в советских газетах появится только 8 мая.
10 мая
"Известия" со ссылкой на директора Киевского НИИ общей и коммунальной гигиены Михаила Шандалу сообщают, что радиационный фон в Киеве через месяц вернётся к норме. На тот момент он превышал допустимый уровень в десять раз.
14 мая
Михаил Горбачёв выступает по советскому телевидению: говорит о погибших и пострадавших, рассуждает о масштабе катастрофы, благодарит власти, бизнесменов и врачей других стран, согласившихся помочь СССР в ликвидации последствий аварии.
Что говорят теперь о молчании СМИ и властей их представители и сторонние наблюдатели?
Я думаю, меня информировали по мере возможности правдиво, просто в первое время даже самые лучшие специалисты искренне не отдавали себе отчета в серьезности катастрофы. Приведу один пример. 27 апреля, уже после эвакуации Припяти, правительственная комиссия в полном составе осталась ночевать и ужинать в припятской гостинице "Полесье" - в обычной одежде и без респираторов. А ведь и вода, и воздух, и вся пища уже были заражены. Также в обычной одежде и без респираторов облетали территорию на вертолетах в первые дни после катастрофы наши академики. Так что те, кто меня информировал, сами не до конца понимали, что же все-таки стряслось. Потребовались недели, чтобы получить оценку случившегося.

Так что, возможно, что-то и утаивалось чиновниками, боявшимися ответственности, но в основном, думаю, мне сообщали все, как было. Картина прояснялась постепенно, с помощью и при участии ученых, инженеров, военных, вертолетчиков, шахтеров, персонала станции...

Как это ни странно, отдел пропаганды был отстранен от информации о Чернобыле. Нас по каким-то соображениям, до сих пор неясным мне, отодвинули в сторону. Видимо, были какие-то детали не для посторонних ушей. Информацией занимались военные в соответствующих отделах ЦК. У меня остались в памяти острые впечатления об общей растерянности, никто не знал, что делать
Неясность обстановки… Тревоги — мнимые и реальные… Нервозность… Ну скажите, как можно было обвинять тех же беженцев из Киева в создании паники, когда по большому счету напряженность обстановки родили не в последнюю очередь мы сами, журналисты. А точнее, те, кто не давал нам реальной информации, кто, строго указуя перстом, говорил: «Совершенно ни к чему газетчикам знать, скажем, подробно о радиационном фоне».
ЦТ СССР послало корреспондентские бригады снимать сельхозпроизводство в Народичах, в Житомирской области, где не только гибнут дети от радиации, но и полным ходом отгружают в соседние районы радиоактивное продовольствие, полученное с радиоактивных полей? Никак нет, не было таких передач; как не сообщало ЦТ и о том, что целый состав из вагонов-рефрижераторов с радиоактивным мясом прибыл в Грузию, был разгружен на мясокомбинате в Гори и лишь случайно все это обнаружилось и удалось сплавить это мясо назад, отправителю. Или, может быть, ЦТ сообщало о том, что грузинский чай — из-за выпавших в 1986 году радиоактивных осадков — оказался зараженным примесями радиоактивных элементов? Газеты сообщали, некоторые. А центральное телевидение нет.
Фото: Игорь Костин/РИА Новости
© 2016, Команда 29, Использование текста возможно при ссылке на публикацию
info@team29.org
мы в социальных сетях

192 007, Санкт-Петербург улица Воронежская, дом 33 А, 4 этаж, +7 921 593-13-27


Безопасные онлайн-платежи
Made on
Tilda